Антипсихотические лекарства при кокаиновой зависимости

Актуальность

Кокаиновая зависимость часто ассоциирована с медицинскими, психологическими и социальными проблемами как для индивидуума, так и для общественного здравоохранения, создавая проблемы для общества в целом. Лица, употребляющие кокаин, способствуют распространению инфекционных болезней, таких, как СПИД, гепатит и туберкулёз, а также криминала, насилия и контакта с наркотиками в период новорожденности. Применение лекарств, таких, как антидепрессанты, антиконвульсанты и агонисты дофамина, для лечения злоупотребления кокаином или кокаиновой зависимости, не было подтверждено данными Кокрейновских обзоров. Использование антипсихотических агентов также принималось во внимание, частично в связи с тем, что кокаин способен вызывать галлюцинации и паранойю, которые имитируют психоз.


Характеристика исследований

Авторы обзора выявили 14 рандомизированных клинических испытаний с участием 719 взрослых. Одно исследование было выполнено в Италии, а остальные - в США. Исследования проводились в стационарных и амбулаторных учреждениях, и их продолжительность была от 14 до 168 дней (80 дней в среднем). В одиннадцати испытаниях участники были разделены в случайном порядке на тех, кто принимал плацебо, и на тех, кто принимал следующие антипсихотические препараты: рисперидон (три исследования, от 1 до 4 мг. в день и одно исследование с инъекциями длительно действующего рисперидона в дозе 25 мг. в течение 14 дней); оланзапин (три исследования, от 2.5 до 20 мг. в день); кветиапин (два исследования, 400 и 800 мг. в день); ламотриджин (одно исследование, 400 мг. в день); резерпин (одно исследование, 50 мг. в день). В трёх испытаниях проводилось сравнение двух препаратов; оланзапин (10 мг. в день) и галоперидол (10 мг. в день), оланзапин (20 мг. в день) и рисперидон (9 мг. в день), а также арипипразол (10 мг. в день) и ропиринол (4.5 мг. в день).

Основные результаты

В испытаниях были использованы отличающиеся друг от друга средства и способы оценки исходов (результатов) исследования, что ограничило для нас возможность объединения полученных результатов. Когда мы сгруппировали результаты всех исследований, сравнивающих любое антипсихотическое средство с плацебо, мы обнаружили, что антипсихотики незначительно увеличили число тех, кто продолжал лечение, но они были неэффективны в отношении снижения дозы кокаина во время лечения (два исследования), в отношении продолжительности воздержания от употребления (три исследования), или в отношении снижения влечения к употреблению кокаина (четыре исследования). Прямые сравнения каждого лекарства с плацебо, или с другим лекарством, были проведены в нескольких испытаниях с небольшим размером выборки, что ограничило надёжность полученных результатов. Однако, среди этих сравнений, только кветиапин, как казалось, работал лучше, чем плацебо, в снижении дозы кокаина и влечения к употреблению, но результаты были получены только в одном исследовании с 60 участниками. Информация о переносимости лечения с учётом побочных эффектов, воздержания от употребления кокаина и симптомов отмены, была ограничена. В целом, мы не нашли свидетельств, поддерживающих использование антипсихотических препаратов для лечения кокаиновой зависимости в клинической практике.

Качество доказательств.

Значительными ограничениями исследований были большое число людей, которые выбыли из них, и отсутствие чёткого описания методов, использованных для проведения исследований. Более того, число участников было небольшим, а также, были использованы отличающиеся друг от друга способы измерений и представления результатов, что ограничивало для нас возможность объединения полученных данных. В целом, мы оценили качество доказательств, как умеренное по числу выбывших из исследований, и низкое для всех остальных рассматриваемых исходов (результатов). Доказательства актуальны на 15 июля 2015 года.

Финансирование и конфликт интересов, отмеченные в исследованиях.

Большинство испытаний, включённых в этот обзор, финансировались из промышленных источников, или в них было заявлено о конфликте интересов некоторых исследований вследствие различных контрактных соглашений с фармацевтической промышленностью. Только в пяти из 14-ти включённых исследований сообщили о финансировании исключительно из не-промышленных источников, и из этих пяти исследований только одно (Грабовски 2004) раскрыло отсутствие конфликта интересов у его авторов. Другое исследование (Браун 2012) сообщило о конфликте интересов нескольких авторов, и три исследования (Левин 1999, Рейд 2005 и Винхусен 2007) не раскрыли конфликта интересов их авторов. Одно включённое исследование (Мейни 2010) не содержало информации об источниках финансирования, но раскрыло отсутствие конфликта интересов авторов. Восемь исследований, включённых в этот обзор, были финансированы промышленными грантами (Браун 2010; Хамилтон 2009; Кампмэн 2003), или сочетанием промышленных и непромышленных грантов (Акереле 2007; Лёбл 2008; Смелсон 2004; Смелсон 2006; Тапп 2015), в трёх из этих исследований (Браун 2010; Хамилтон 2009; Кампмэн 2003) была отражена информация о конфликте интересов авторов, в то время, как в остальных не упоминалось об этом.

Заметки по переводу: 

Перевод: Уайз Светлана Александровна. Редактирование: Зиганшина Лилия Евгеньевна. Координация проекта по переводу на русский язык: Cochrane Russia - Кокрейн Россия (филиал Северного Кокрейновского Центра на базе Казанского федерального университета). По вопросам, связанным с этим переводом, пожалуйста, обращайтесь к нам по адресу: lezign@gmail.com

Tools
Information
Share/Save